Украинские моряки в московской тюрьме ФСБ

Россия

14 декабря 2018, 07:06

Страны Запада усиливают давление на Россию, требуя, чтобы украинские моряки, захваченные российскими пограничниками в конце ноября в Керченском проливе, были как можно скорее возвращены на родину вместе со своими кораблями, передает Голос Америки.

Последние события из этого ряда заявление советника президента США по национальной безопасности Джона Болтона о том, что пока возвращения моряков и кораблей не произойдет, встречи Дональда Трампа и Владимира Путина не будет, а также решение Евросоюза о продлении санкций в отношении России.

Однако Россия пока не реагирует на призывы и требования, и содержит основную часть захваченных ею военнослужащих Украины в следственном изоляторе «Лефортово» в Москве тюрьме, которая и в советской, и в российской истории была известна тем, что ее курировали спецслужбы. Еще трое раненных моряков находятся в больнице СИЗО «Матросская тишина».

По словам адвоката Николая Полозова, взявшего на себя юридическую защиту командира дивизиона украинских кораблей Дениса Гриценко, к 12 декабря всех украинских моряков, находящихся в СИЗО Лефортово, посетили украинские консулы: «К сожалению, общение с консулами проходит не конфиденциально, оно идет на общих основаниях, и этот разговор контролируется. Но, тем не менее, морякам передали позицию их страны и рассказали, что за них борются».

Полозов также сообщил «Голосу Америки», что раненых моряков в «Матросской тишине» посетили в среду их адвокаты, и там общение было конфиденциальным.

«Все моряки, с которыми проводились следственные действия, заявили, что они являются военнопленными. В частности, Роман Мокряк заявил, что, поскольку он является командиром катера «Бердянск» и вместе со своими подчиненными является военнопленным, то он не будет давать никаких показаний, пока его подчиненные не будут освобождены, так как они выполняли его приказы. Сами следственные действия пока таковы: следователь знакомит моряков с постановлениями о назначении нескольких технических экспертиз и проводит небольшой допрос, в ходе которого моряки и заявляют, что они военнопленные, а не уголовные преступники, каковыми их пытаются представить российские власти» — рассказал адвокат.

По словам Николая Полозова, сейчас главная задача группы защитников украинских моряков добиться встречи каждого адвоката со своим подзащитным: «В СИЗО «Лефортово» работа организована таким образом, что попасть туда адвокатам в принципе крайне сложно. Для того, чтобы попасть в изолятор первый раз к своему подзащитному, в нем абсолютно незаконно требуют получить разрешение следователя на такое посещение. Кроме того, там работает ограниченное число следственных кабинетов, то есть, помещений, в которых происходят встречи адвокатов с арестованными, и создается искусственная очередь, в результате чего за день в СИЗО пройти могут реально не более пяти-шести адвокатов, и это еще в хороший день».

«Время для конфиденциального общения предоставляется не в следственном кабинете изолятора, а в кабинете следователя в Следственном управлении ФСБ, которое вплотную примыкает к «Лефортова», и куда выводят заключенных. В таком режиме это все еще будет, как минимум, следующую неделю и, возможно, до 25 декабря. Мы рассчитываем на то, что все адвокаты увидят своих подзащитных до Нового года» — с надеждой заключил Николай Полозов.

Кроме адвокатов, у украинских моряков две недели назад побывали члены Общественной наблюдательной комиссии (ОНК) общественного органа, призванного наблюдать за тем, чтобы права заключенных не нарушались сотрудниками мест заключения.

Член ОНК Москвы, журналист Когершын Сагитова рассказала в интервью Русской службе «Голоса Америки» о своем посещении «Лефортово»: «Я видела 21 моряка, которые содержатся в СИЗО «Лефортово», заходила к каждому из них в камеру. Они содержатся в камерах, называемых «карантинными», то есть, временными в них держат людей, пока проверяют их документы. Эти камеры двухместные, но моряки там находились по одному в камере. В «карантинных» камерах арестованные обычно находятся в тюремной робе, и они тоже были одеты в робу. Вообще, мы часто ругаемся с «Лефортово», потому что это незаконно нигде не прописано, что человек должен одевать тюремную одежду, находясь в СИЗО. Но нам в этот раз ответили, что украинским военным нельзя было находиться в своей форме внутри российского, по сути, военного объекта».

«В том крыле СИЗО, в котором находятся моряки, нет горячей воды. В «Лефортово» вообще дали горячую воду совсем недавно, и только в одно крыло. Железная кровать, белое постельное белье, шерстяное одеяло, фуфайка, чтобы выходить на улицу на прогулки, электрочайник все это у них было, и они не жаловались. Я вообще увидела, что сотрудники «Лефортово» были очень внимательны и как-то уважительны к морякам. Может, это от понимания того, что у них под арестом находятся военные чужой страны» — сообщила Когершын Сагитова.

Основатель и исполнительный директор организации «Русь сидящая» Ольга Романова поясняет в интервью «Голосу Америки», что, несмотря на формальную передачу СИЗО «Лефортово» в ведение Министерства юстиции России еще в 2005 году, контроль ФСБ над этой тюрьмой никуда не исчез: «Лефортово» — это единственная в России тюрьма, которая никак не подчиняется Федеральной службе исполнения наказаний (ФСИН). Это по-прежнему тюрьма ФСБ. Там сидят люди, арестованные по делам политическим (и провокаторы спецслужб там тоже сидят), по делам шпионским, и камеры там на два человека не просто так: если там двое, то второй это, как правило, штатный сотрудник или осведомитель спецслужб. Этим людям иногда разрешают спокойно ходить по СИЗО без всякого сопровождения».

Ольга Романова говорит, что влияния на «Лефортово» нет не только у ФСИН, но и у российского суда: «Любой судья в России при назначении на должность, которое фактически осуществляется администрацией президента России, подписывает бумагу, в которой дает согласие на прослушивание и вообще полный контроль со стороны спецслужб. В этой ситуации может ли судья как-то вступать в противоречие с этими спецслужбами? Конечно, нет».

Авиабилеты