Расследование Мюллера: Как самая большая угроза стала главным козырем Трампа

Аналитика

25 марта 2019, 18:34

Мюллер

Более 675 дней, 19 юристов, 40 агентов ФБР, 2800 повесток в суд и 500 ордеров на обыск… Но генеральный прокурор Уильям Барр объявил основной вывод расследования Роберта Мюллера по России: никакого сговора. Этот «приговор» уже радостно отпраздновала юридическая команда Белого дома, которая считала расследование скорее борьбой с общественностью, чем чисто юридическим делом.

В письме, которое было озвучено в воскресенье во второй половине дня Конгрессу, Барр резюмировал основные выводы Мюллера, отмечая конец расследования, которое с самого начала ставило под вопрос президентство Дональда Трампа и обвиняло его и целый ряд его помощников. Барр написал, что, по словам Мюллера, ни кампания Трампа, ни кто-либо из связанных с ней людей не сговаривались и не координировали свои действия с русскими, чтобы выиграть выборы, несмотря на «многочисленные предположения» от «аффилированных с Россией лиц». Выводы Мюллера о том, мешал ли Трамп правосудию, были гораздо менее определенными. В отличие от сговора, пишет Барр, Мюллер так или иначе не смог принять решение: «Хотя в этом докладе не делается вывод о том, что президент совершил преступление, он также не освобождает его от ответственности».

Однако для Белого дома этого было достаточно, чтобы претендовать на победу. Если у команды Трампа была одна всеобъемлющая теория с момента начала расследования специального прокурора, то Мюллер представлял собой не столько юридическую угрозу, сколько политическую проблему. Выводы Мюллера, как объяснил Барр в воскресенье, как представляется, подтверждают такой подход. Теперь, по иронии, Трамп полагает, что в своей программе в 2020 году он будет ссылаться на доклад Мюллера, как на довод о том, что расследование, которое он назвал «охотой на ведьм», не смогло доказать никакую преступную деятельность. Об этом говорят его агитаторы и юристы, которые просили об анонимности.

Первоначальная реакция Белого дома была триумфальной. «Как мы уже знали, НЕТ СВЯЗИ! Это не отличается от того, что президент @realDonaldTrump говорил в течение последних ДВУХ ЛЕТ!!!», — написал директор по социальным сетям Белого дома Дэн Скавино в Твиттере через несколько минут после того, как открытое письмо Барра было размещено в интернете. Вскоре после этого пресс-секретарь Сара Хакаби Сандерс сделала официальное заявление из Белого дома. «Выводы Министерства юстиции являются полными — полным оправданием президента Соединенных Штатов», — написала она в Твиттере. Вскоре сам президент нарушил молчание. Выступая перед журналистами перед посадкой в ​​самолет и полетом домой из Палм-Бич, Трамп сказал: «Это полная реабилитация. Обидно, что нашей стране пришлось пройти через это. Если честно, то обидно, что вашему президенту пришлось пройти через это».

Предстоящие дни и месяцы покажут, насколько широко будет распространена подобная интерпретация доклада Мюллера. Трамп едва ли преодолел кризис с комитетами Конгресса и другими прокурорами на федеральном уровне и уровне штата, расследующими его связи с Россией, его деловые отношения и, среди прочего, его частную благотворительность. На самом деле, следующие два года могут быть такими же «занятыми» для команды юристов Трампа, как и последние два . Но их миссия, вероятно, останется прежней: они все время придерживались одной версии — что Трамп не совершал никаких преступлений и не может быть обвинен в соответствии с политикой Министерства юстиции. Они в основном видели свою роль в том, чтобы сохранить возможность избрания Трампа — и теперь в их арсенале есть новая прививка от обвинений — окончательный отчет Мюллера.

Вначале адвокаты Трампа стремились побыстрее завершить расследование. Это то, что хотел Трамп. Он ненавидел расследование и хотел, чтобы оно прекратилось. «Это мешало и мешало ему быть президентом, что вызывало возмущение», — заявил The Atlantic бывший ведущий адвокат Трампа Джон Дауд. «Очень расстраивает, когда вы находитесь в середине действительно важных переговоров — торговых переговоров и прочего». И президента обсуждают в таком ключе…

Одна из жалоб Трампа заключалась в том, что у Мюллера была на него личная обида. Он упомянул спор 2011 года с Мюллером по поводу членских взносов на поле для гольфа Трампа в Северной Вирджинии. Но его адвокаты считали, что сотрудничество — это путь к прекращению расследования. Они предоставили свидетелей и открыли доступ к документам , избегая юридических разборок.

В надежде ускорить процесс, Трамп и его команда юристов рассмотрели возможность дать интервью Мюллеру, чтобы обсудить это в Кэмп-Дэвиде в конце января 2018 года. Но в конце концов, адвокаты Трампа пришли к выводу, что показания лицом к лицу могли быть слишком рискованным. Вместо этого, они дали ответы Мюллеру в письменной форме. «Я не хотел ставить [Трампа] в такое положение », — сказал Дауд, добавив, что «он сделал все, что было возможно…».

Со временем Трамп начал осознавать, что Мюллер не сдается, и изменил тактику. Он активизировал усилия, чтобы настроить общественное мнение против специального прокурора, и столкновения между ним, Даудом и Тай Коббом (юристом Белого дома, который выступал за более кооперативный подход) стали более частыми. Доуд подал в отставку в марте 2018 года, а Кобб ушел в отставку два месяца спустя.

В эту пустоту вошел Руди Джулиани, чья «жажда боя» соответствовала «аппетиту» Трампа. Джулиани уже говорил изданию The Atlantic, что он выстроил свою стратегию вокруг общественного опроса, который показал, что Мюллер был гораздо более популярен, чем президент. «Я сказал, что мы должны защищать его на законных основаниях, но мы также должны защищать его публично», — сказал бывший мэр Нью-Йорка. По его мнению, перспектива «отчета с неприятным содержанием» не была самой большой проблемой Трампа. «Мягкий отчет вкупе с непопулярным президентом мог все же открыть дверь для импичменту. Но если рейтинги одобрения Трампа были бы на подъеме, демократы Палаты представителей «не стали бы рисковать», — объяснил Джулиани. «Я сказал… мы должны выйти на публику, и мы должны указать, что не так с Мюллером, и что не так со следствием». Для этого писались твиты по поводу Мюллера. — Снова и снова Трамп описывал расследование как «охоту на ведьм».

Опрос показал, что атаки имели определенный успех. Опрос, проведенный CNN в декабре, показал, что 43% одобрили «ответ» президента на расследование Мюллера. Опрос, проведенный Университетом Саффолка в этом месяце, показал, что 50% согласились со словами Трампа о деле Мюллера и согласились, что это «охота на ведьм», по сравнению с 47%, которые не согласились.

Джулиани также заявил в интервью 22 марта, что у него есть полная и сжатая версии контр-отчетов на 87 страниц, готового к публикации, когда результаты Мюллера будут обнародованы. Джулиани предсказал, что если бы Мюллер обвинил президента в проступках, то скорее всего это было бы препятствие правосудию, а не «Русский сговор». Об этом Джулиани сказал, ссылаясь на увольнение Трампом бывшего директора ФБР Джеймса Коми, а также на разговор Коми и Трампа, в котором президент попросил его «отпустить» расследование ФБР по делу бывшего советника по национальной безопасности Майкла Флинна. Теперь, когда Мюллер не сделал никаких выводов о препятствиях в своем докладе, этот вопрос, скорее всего, перейдет в компетенцию Конгресса и его расследований.

Итоги отчета Мюллера выглядят как точка отсчета компании с новым козырем. Не так давно это казалось совершенно непостижимым. Трамп провел большую часть своего президентства, демонизируя Мюллера. В пятницу Трамп спросил, есть ли у специального прокурора право делать отчет. Никто не голосовал за Мюллера, сказал Трамп; почему он должен выносить суждение об избранном президенте?

Однако теперь расследование, которое когда-то могло поставить под угрозу президентство Трампа, может помочь ему продлить его. «Это самая влиятельная следственная группа в XXI-ом веке, задача которой была — выяснить, вступил ли кандидат в президенты в сговор с соперником, чтобы взять под контроль правительство. И им удалось доказать, что он этого не сделал », — говорит Майкл Капуто, старший советник.

Добавить комментарий

Авиабилеты