Путин сейчас не заинтересован в войне: Рейтинг одобрения и Керченский кризис

Аналитика

28 ноября 2018, 15:29

Нападение России на три украинских корабля в Азовском море возобновило дискуссии о том, как рейтинг одобрения Путина зависят от внешней политики Москвы. Еще до последнего инцидента западные наблюдатели отмечали падение популярности Путина в результате значительных изменений во внутриполитическом поведении и политики за рубежом. Власти России, конечно, не согласны с такими изменениями. Некоторые беспокоятся о том, что спад популярности может заставить Кремль искать новых внешнеполитических приключений, чтобы «усилить» режим, как это было во времена захвата Крыма в 2014 году. Другие полагают, что давление на Путина — требования смягчить внешнюю политику, а также облегчить дорогостоящую конфронтацию с Западом — может перевесить.

Обе оценки, однако, не вполне верны. Они преувеличивают важность кратковременного кризиса, стоящего перед Кремлем, и не придают значения прекрасному набору инструментов для борьбы с внутренним политическим недовольством и внешнеполитическими вызовами. Популярность Путина имеет большой запас жизненных сил и докажет, что он гораздо более устойчив, чем Западу хотелось бы думать.

Разумеется, пятна на солнце стали появляться еще после июльской встречи с президентом США Дональдом Трампом в Хельсинки. Также Кремль принял непопулярное решение повысить пенсионный возраст, которое и снизило рейтинг одобрения Путина примерно до 60% — рекордная цифра после захвата Крыма в 2014 году. Региональные выборы в сентябре тоже принесли плохие новости. Правящая партия «Единая Россия» Путина потеряла три губернаторских кресла и рискует потерять еще одно. Результаты голосования отражают не только гнев по поводу пенсионной реформы, но и более глубокий сдвиг в общественном настроении. Трое выдающихся российских ученых опубликовали в октябре отчет, описывающий сильное желание перемен среди россиян, которые недовольны внутренней политикой Кремля и не особо надеются на улучшение. Недавний опрос по потребительскому доверию отражает аналогичный пессимизм, поскольку цены растут, а реальные доходы замедляются.

Можно констатировать, что российская политика вступила в новую фазу. Волна национальной гордости и патриотизма, которая превратила Путина в почти неприкосновенную фигуру в 2014 году, постепенно уходит, по крайней мере, с 2016 года. Политический ландшафт теперь более сложный, но знакомый Кремлю, он имеет многие отличительные черты 2012 года 2013 года — до того, как Россия захватила Крым. Действительно, сегодняшние оценки одобрения Владимира Путина, Думы и правительства находятся примерно на уровне октября 2013 года. Социологические исследования в 2013 году выявляли точно такое же общественное недовольство, которое существует сегодня.

Кремль в 2013 году был стабильным, но не имел четкого направления. После инаугурации Путина в 2012 году, режим разгромил протестное движение, которое гремело в российской политике в ​​2011 и 2012 годах, прикрутило гайки гражданского общества и отказалось от программы модернизации президента Дмитрия Медведева. Никакой серьезной угрозы для режима тогда не было, но экономика замедлилась, внутренняя политика шла по течению, и разочарование властями прогрессировало. Захват Крыма не решил этот вопрос. Он просто отодвинуло проблемы на задний план, но теперь они снова проявились.

Рейтинг одобрения в районе 60% не подходит Путину, но вряд ли он будет слишком остро реагировать, тем более что другие столпы режима пока кажутся прочными. Политические, экономические и силовые элиты сплочены вокруг Кремля. Цены на нефть достаточно высоки, и обеспечивают «наличкой» государственную казну. Избирательные репрессии и государственный контроль над средствами массовой информации обеспечивают отсутствие видимой жизнеспособной альтернативы Путину. Режим в состоянии обрабатывать разрозненную и аморфную неудовлетворенность на нынешних уровнях, пока не появился конкурирующий лидер, способный превратить все это в политическую угрозу. Протесты против пенсионной реформы, которые произошли в Москве и других городах в течение лета и ранней осени – это уже первые сигналы выхода ситуации из-под контроля.

Вряд ли, таким образом, победоносная стычка в Керчи могла бы стать шансом каким-то образом укрепить свои позиции. Даже если Путин опасается за свое внутреннее положение, внешнеполитические приключения по сути своей рискованны, а политические выигрыши от них неопределенны. Москва начала свою военную операцию в Крыму в 2014 году, потому что опасалась катастрофической потери контроля над Украиной; и это произошло не из-за необходимости повысить рейтинг одобрения Путина. Подавляющая поддержка населения, вероятно, стала приятным бонусом и повлияла на решение Путина незаконно присоединить территорию, но это произошло уже после того, как российская военная операция имела успех. Крым вошел в резонанс с эмоциональным настроением русских, и другие варианты — например, «Аншлюс» с Беларусью – неспособны были бы настолько ему соответствовать. Например, вмешательство в Сирию никогда не оказывало такого влияния на политику России, как Крым, и опросы показывают, что россияне не жаждут новых громких внешнеполитических «прорывов». Общественная поддержка внешней политики Путина по-прежнему высока, но россияне не хотят рисковать жизнью или имуществом и хотят, чтобы правительство сосредоточилось на внутренних делах. Если какая-то внешнеполитическая возможность представляется естественной, Кремль будет использовать её и «развивать» на государственном телевидении для бытовых целей. Путин вряд ли станет создавать такой кризис, основываясь только на рейтингах одобрения.

Любой оптимизм по поводу того, что Путин смягчит напряженность с Западом для смягчения санкций и внутренних проблемы, также неуместен. Нет никаких признаков того, что он чувствует давление и слышит требования изменить курс, очевидно, что никто не мешает ему и далее усугублять растущие разногласия с Западом… Его комментарии зарубежным экспертам на Международном дискуссионном клубе «Валдай» не содержали и намека на оттепель…. Кремль откладывает деньги, запасы теперь составляют почти половину триллиона долларов. С такой подушкой Путин вряд ли попросит помощи. Вместо того чтобы искать выход из режима санкций, Москва признала, что они будут существовать в долгосрочной перспективе (по крайней мере, с американской стороны) и решила готовиться к дополнительным экономическим ударам, которые может оказать Вашингтон. У Путина есть несколько способов решения долгосрочных проблем России и конечной целью является сохранение власти.

Экономический «прорыв», обещанный Путиным в мае, — более высокий рост экономики и более высокий уровень жизни, вряд ли осуществится, но он готовит свой режим, чтобы выдержать период застоя. Пенсионная реформа и увеличение налога на добавленную стоимость направлены на поддержание бюджета, который является кормушкой лояльности элит. Эти деньги частично пойдут на еще одну государственную экономическую программу с расходами на инфраструктуру и другие национальные проекты. Путин делает ставку на поддержание длительной конфронтации с Западом. Возможно, Вашингтон поспорил бы с этим.

По материалам Foreign Policy

Добавить комментарий

Авиабилеты