Китай официально признался в использовании «лагерей для перевоспитания» уйгуров

Азия

12 октября 2018, 08:48

11 октября Би-би-си сообщило, что китайские власти в Синьцзяне, автономном регионе на северо-западе Китая, где проживает большинство мусульман-уйгуров, заявили о принятии закона об использования центров содержания под стражей — «для осуществления образовательной трансформации лиц, пострадавших от экстремизма».

В условиях постоянной международной критики, китайские власти пересмотрели свое законодательство, и позволили региональному правительству официально разрешить (задним числом!) использование «учебных центров». Китайские власти отрицают существование лагерей, но говорят, что преступники отправляются в профессиональные «учебные центры». Бывшие заключенные говорят, что там они вынуждены отрекаться от ислама и не только.

Китай ранее пытался отрицать существование этих «центров перевоспитания». Однако правозащитные группы доказали, что уйгуры и другие мусульманские меньшинства в регионе подвергаться психологической и идеологической обработке – такой, например, как изучение коммунистической пропаганды и провозглашение благодарности китайскому председателю Си Цзиньпину. Сообщалось также о том, что в лагерях используются водные и другие формы пыток. Группа экспертов ООН по правам человека считает, что китайские власти на данный момент держат под стражей около 1 млн. уйгуров.

Новый закон Китая нацелен на религиозный «экстремизм». Уйгурские сепаратисты якобы организовывали нападения, а уйгурские бойцы были связаны с джихадистскими группировками, такими как «Аль-Каида» и ИГИЛ.

Новый закон также обяжет «центры» преподавать мандаринский язык, а также «идеологическое образование, психологическую реабилитацию и коррекцию поведения». Еще один новый пункт запрещает «отказ от общественных благ, таких как радио и телевидение». В китайских государственных средствах массовой информации часто транслируются пропагандистские программы правительства.

Также новые правила включают в себя запрет на поведение, подрывающее реализацию политики планирования семьи в Китае, которое ограничивает размер семьи. Примечательно, что до прошлого года власти позволяли уйгурам иметь больше детей, чем их китайские сограждане. Гражданам КНР обычно разрешают иметь не больше одного ребёнка на семью – политика «одна семья – один ребенок». Это зависит от провинции (например, у жителей Пекина есть возможность иметь двух детей. Национальные меньшинства имели право на 2 или 3 детей, в зависимости от района страны. Теперь нет.

Уйгуры являются одним из пятидесяти пяти китайских меньшинств, и одним из одиннадцати официальных мусульманских меньшинств, санкционированных государством. Регион в западном Китае, где проживает большинство уйгуров, был насильственно присоединен династией Цин в XVIII веке, а после революции в 1911 году китайское центральное правительство перестало контролировать провинцию до тех пор, пока она не была вновь захвачена коммунистами в 1949 году. С точки зрения геостратегии, Синьцзян-Уйгурский автономный район весьма значим: он имеет границу с Монголией, Казахстаном, Кыргызстаном, Таджикистаном, Афганистаном, Пакистаном, Индией, Тибетским автономным районом и китайскими провинциями Цинхай и Ганьсу со значительным мусульманским населением. Приблизительно десять миллионов человек официально значатся в КНР как «уйгуры», и есть также значительные группы, проживающие в соседних постсоветских государствах Центральной Азии — прежде всего, в Казахстане.

До образования КНР, предпринимались попытки создать независимые мусульманские государства в регионе, такой была непродолжительная Первая Восточно-Туркестанская республика (1933-1934), а второй, десять лет спустя, была поддержанная Советским Союзом Вторая Восточная Туркестанская Республика. Аналитики утверждают, что именно это воодушевляет людей, населяющих приграничные районы, противостоять государственной власти Китая. Но с 1949 года, ни социализм, ни рыночный авторитаризм их не прельщает. Уйгуры и другие мусульманские группы, такие, как киргизы и казахи, подвергались ассимиляции, включая принудительное обучение мандаринскому языку. Чтобы резко увеличить присутствие китайцев в регионе, проводились переселения ханьцев. Создали и расширяли Синьцзянский производственно-строительного корпус (C. bing tuan) — квазивоенную государственную компанию, созданную в 1954 году с целью развития приграничных регионов, которая действует непосредственно под контролем Пекина.

Уйгуры, которые в свое время были крупнейшей группой в регионе, всегда сопротивлялись государственной политике. Тем не менее, после 11 сентября и глобального призыва Джорджа Буша к «войне с террором», КПК приняло жесткий подход к уйгурам и начала казнить их как исламских террористов и джихадистов. Несмотря на то, что среди уйгуров, конечно, было много недовольных, существует мало свидетельств широко распространенных связей с террористическими группами, такими как ИГИЛ и «Аль-Каида».

Летом 2009 года в столице Синьцзяна Урумчи и в близлежащих городах произошли этнические беспорядки, что привело к усилению присутствия полиции в регионе. В прошлом году ученые и активисты начали высказывать озабоченность по поводу принудительного изгнания уйгурских мужчин из своих общин и незаконного массового заключения в то, что китайское правительство считает «лагерями для перевоспитания». По оценкам, в этих лагерях, которые сравнивают с ГУЛагами советской эпохи, или концентрационными лагерями, в настоящее время сидит более 10% населения уйгуров — около одного миллиона! Уйгуры, живущие за границей, не защищены от досягаемости государства. В последнее время уйгуры, проживающие за границей, были лишены возможности продления паспортов и разрешений на въезд, что заставило многих вернуться из Малайзии, Пакистана и Египта.

Улучшения в программном обеспечении — распознавания лиц, а также отслеживание и мониторинг всех устройств и транспортных средств в сочетании с беспрецедентным количеством полицейских привели к тому, что  некоторые журналисты стали описывать Синьцзян, как лабораторию имени Оруэлла, где государство тестирует новые технологии, которые затем используются в других областях Китая и в других странах. Некоторые мусульманские государства с авторитарными наклонностями наблюдают за событиями в Синьцзяне, и все  больше интересуются тем, как китайское государство контролирует почти каждый аспект жизни своих граждан. Экспорт китайской технологий в страны Латинской Америки и Африки — тревожный звонок для всего мирового сообщества.

В США в Конгрессе недавно состоялось слушание под названием «Наблюдение, пресечение и массовое содержание под стражей: кризис Синьцзяна и права человека» — правозащитники и ученые делали доклады. Затем, в начале августа, Организация Объединенных Наций высказала свое осуждение КНР, сославшись на «достоверные сообщения» об уйгурах, содержавшихся в «лагере для интернированных, который держится в тайне». Совсем недавно американские сенаторы отправили госсекретарю Майку Помпео письмо, в котором призвали его принять меры и применить санкции против китайских чиновников — соучастников нарушений прав человека в Синьцзяне. В ответ китайское правительство набросилось на иностранных корреспондентов и западные СМИ, утверждая, что некоторые иностранные элементы способствуют исламскому терроризму и мешают гос. политику ирредентизма. Недавно власти КНР отказали в просьбе о продлении визы иностранному корреспонденту — откровенному критику политики в Синьцзяне.

Также все больше внимания уделяется отсутствию реакции со стороны мусульманских государств во всем мире. В таких странах, как Пакистан и Индонезия, которые в значительной степени полагаются на Китай в плане торговли и инвестиций, тишина, возможно, и понятна. Но даже от Турции, когда-то непреклонного защитника уйгурской диаспоры, а также от Саудовской Аравии, никакого осуждения не слышно. Во многих отношениях саудовцы, конечно, считают себя защитниками определенного направления ислама, а уйгуры выходят за рамки этого узкого направления. Китай также часто рассматривается как противодействие российскому влиянию в регионе. Только Анвар Ибрагим, который в следующем году станет премьер-министром Малайзии, осудил как преследование уйгуров, так и молчание мусульманских государств Южной и Восточной Азии по этому поводу. По мнению аналитиков, лишь скоординированный политический ответ со стороны мусульманских государств представляется одним из наиболее эффективных способов, с помощью которых мировое сообщество сможет оказать давление на правительство Китая.

Добавить комментарий

Поиск авиабилетов