Дело сестёр Хачатурян: в российском законодательстве нет понятия “домашнее насилие”

Аналитика

29 августа 2019, 13:41

imgonline-com-ua-Compressed-ph3vAlFeIldN

Три сестры — Крестина, Ангелина и Мария Хачатурян — убили своего родного отца Михаила после долгих лет насилия с его стороны — физического, морального и сексуального. Эта история могла бы стать основой художественной драмы, но, к сожалению, произошла в реальности. В российской столице. Девочки — 19, 18 и 17 лет — сами признались в содеянном. Следствие обвинило их в убийстве группой лиц по предварительному сговору. Защита настаивает — это была вынужденная самооборона.

Факты морального и сексуального надругательства над девушками со стороны их родственника подтвердил и Следственный Комитет. Сейчас защита сестёр будет требовать прекращения уголовного дела, аргументируя это тем, что все они находились в состоянии необходимой обороны. Но обвинение настаивает — о какой самообороне может идти речь, если девочки убили отца в то время, когда он спал? Да, Михаил Хачатурян действительно спал в момент убийства. 

Адвокат Ангелины Хачатурян Алексей Паршин объясняет — преступления в отношении девочек не прекращались, они носили длящийся характер. И сон Михаила Хачатуряна был просто передышкой между преступлениями. А после он проснулся бы и продолжил свои действия.

“Девочки просто воспользовались ситуацией. А что вы хотите? Чтобы девочки, как рыцари на турнире бросили бы ему перчатку? Вызвали бы его на битву “один на один”? Это было бы противоестественно. Это не рыцарский турнир”. 

Алексей Паршин, адвокат Ангелины Хачатурян.

На сторону сестёр встала и их мать. Несколькими годами ранее Михаил Хачатурян после многочисленных побоев выгнал её из дома, а заодно и их сына, брата девочек. Более того, он запрещал сёстрам общаться с родной матерью. Всё это сопровождалось запугиваниями и угрозами. 

“Они мне говорили, мол, если ты будешь с нами общаться, будет только хуже. Лучше не переписываться, не видеться, ведь если он это узнает, нам достанется. Мне не хотелось, чтобы мои дети страдали, и я не старалась туда лезть”.

Аурелия Дундук, мать сестёр Хачатурян.

Почему же девочки не обратились за помощью, не рассказали никому о том, что у них происходит дома вплоть до убийства? Этими вопросами сегодня активно апеллируют сторонники Михаила Хачатуряна, мол, если бы отец действительно издевался над ними, то они бы давно ушли из дома.

Но это ошибочная логика, говорит директор центра “Насилию.нет” Анна Ривина. Ведь пострадавшие от насилия — это люди с разрушенной самооценкой, которые живут в вечном страхе. В качестве примера безысходности, в которой находились сёстры Хачатурян, правозащитница наводит несколько случаев. Например, когда мать девочек обращалась в полицию, они не пытались им помочь, а передавали заявление непосредственно отцу, который в ярости приходил домой и разрывал его на маленькие кусочки. У него были связи и это сейчас никто не скрывает. 

“Они понимали, что деться им некуда. Мы знаем, что взрослые в школе ничего не сделали. Ничего не сделали соседи, хотя были попытки обращаться в полицию, но это тоже не завершилось каким-то положительным результатом. Поэтому они, как пострадавшие от домашнего насилия, являются жертвами “стокгольмского синдрома”, который просто не даёт возможности объективно оценивать обстоятельства и уйти из-за страха”. 

Анна Ривина, директор центра “Насилию.нет”.

Дело сестёр Хачатурян вызвало огромный общественный резонанс. И вскрыло очень важную проблему — в России нет закона о домашнем насилии. В российском законодательстве нет даже такого понятия, как “домашнее насилие”, а за побои можно заплатить штраф, как за неправильную парковку. И вишенкой на торте, говорит Анна Ривина, является то, что каждый раз, когда пострадавшие обращаются в полицию за помощью, им говорят, что это семейное дело — разбирайтесь сами. И в очень редких случаях полицейские действительно начинают что-то делать. Поэтому тут вопрос не только в том, что написано на бумаге, а ещё и в том, как работает система.

“Российская система, что правоохранительная, что судебная, к большому сожалению, работает так чудовищно, что мы видим, как сейчас в разных регионах уже по прошествии каких-то более тяжких и страшных последствий, заводятся уголовные дела на полицейских о халатности, но системно это пока не изменило отношение. И тот закон, который нам очень нужен, он, конечно же, не панацея, не волшебная палочка, чтобы в один день всё изменить. Но во всяком случае это та точка, не пройдя которую, мы не сможем говорить о необходимых изменениях”. 

Анна Ривина, директор центра “Насилию.нет”.

Кто же тормозит процесс принятия закона? Многие. Очень многие, говорят правозащитники. В частности в профильном Комитете Государственной Думы по вопросам семьи, женщин и детей. Его возглавляет Тамара Плетнёва. И в её мире проблемы домашнего насилия в принципе не существует. А вот в мире сестёр Хачатурян эта проблема была. Есть она и в жизни очень многих россиян.

  • Дело Яны Савчук. Её до смерти избил гражданский муж. Как оказалось, женщина не раз жаловалась в полицию, но в последний раз, когда она обратилась за помощью к правоохранителям, услышала в свой адрес следующую фразу: “Если вас убьют, мы обязательно выедем, труп опишем”. На сотрудницу местной полиции Наталью Башкатову, которая отказалась оказывать помощь женщине, завели уголовное дело по статье о халатности. В этом году её приговорили к двум годам колонии-поселения.
  • Дело Маргариты Грачевой. Её привезли в больницу с отрубленными кистями обеих рук. После того, как она сообщила мужу Дмитрию, что подаёт на развод, он пытал её, раздробил топором кисти рук, отрубил пальцы и части кистей. За несколько месяцев до этого мужчина вывез женщину в лес, где приставив к горлу нож, спрашивал об отношениях с другими мужчинами. Маргарита обратилась в полицию, но там не нашли оснований для заведения дела.  Дмитрия Грачева приговорили к 14 годам колонии строгого режима.
  • Дело Кристины Шидуковой. В течение нескольких лет её муж — Ахмед — избивал жену, в том числе, когда она была беременна. Когда он в состоянии опьянения в очередной раз избил её и пытался выбросить женщину с четвёртого этажа, Кристина ударила его ножом. Её обвиняют в убийстве. Ей грозит до 15 лет лишения свободы.
  • Дело Ларисы Кошель. На протяжении многих лет муж избивал её, при этом Лариса — женщина-инвалид, у неё нет ног. В одну из ночей она легла спать вместе с детьми, сняла протезы. Пьяный муж снова принялся за свое — угрожал, оскорблял, душил. Побои были и у детей. Лариса попросила сына принести нож. Защищая свою жизнь и жизнь своих детей, женщина убила мужа. В этот день, а также много раз перед этим Лариса обращалась в полицию, но там, кроме “профилактических бесед”, ничего не сделали. Первый раз Ларису Кошель приговорили к наказанию за убийство по ст. 105 Уголовного Кодекса России. Апелляционная инстанция признала женщину виновной в убийстве с превышением пределов необходимой самообороны. Суд приговорил Кошель к полутора годам ограничения свободы.
  • Дело Валерии Володиной. Женщина подала иск в ЕСПЧ в июне 2017 года. Она рассказала, что её бывший сожитель постоянно её избивал, угрожал убийством и даже похищал. В результате побоев у Валерии случился выкидыш. Неоднократно она обращалась в полицию, но там не находили “состава преступления”. Женщине пришлось изменить имя и уехать из страны. ЕСПЧ впервые признал дискриминацией бездействие властей России в вопросе борьбы с домашним насилием и обязал российские власти выплатить Валерии Володиной 20 тыс. евро в качестве компенсации морального вреда и еще почти 6 тыс. евро судебных издержек. По мнению судей, власти России нарушили статьи 3 и 14 Конвенции (запрет пыток и бесчеловечного обращения, а также запрет дискриминации).

Добавить комментарий

Поиск авиабилетов